Зубарев А.К. "Школа Г.П.Щедровицкого" | Технологии мышления. СМД-онтология Прогноз погоды

О сайте

  • Поддержка мероприятий связанных с трансляцией Методологии Г.П.Щедровицкого

Поиск по сайту


Зубарев А.К. "Школа Г.П.Щедровицкого"

развернуть

Зубарев А.К. "Школа  Г.П.Щедровицкого"

Секция: Восстановление программы Г.П.Щедровицкого 

развития СМД-методологии

  23 февраля 2015 года

ДОКЛАД

Зубарев А.К.
  Школа Г.П. Щедровицкого. (Системо-мыследеятельностная методология  как одна из линий развития  русской философской мысли)

Готовя этот текст, мне пришлось рефлексивно взглянуть на свое отношение к философии, СМД-методологии, ОДИ, как практике СМД-методологии, и  деятельности Г.П. Щедровицкого в той небольшой части, с которой мне удалось соприкоснуться, работая в составе его команды на некоторых ОДИ и при подготовке отдельных мероприятий в г. Калининграде. (см. тексты М.С. Хромченко «ММК в лицах»)

Пройдя школу ОДИ, проводимых ГП, я для себя понял одну простейшую «вещь»: ОДИ без серьезного методологического обеспечения есть профанация и методологии и самой ОД-игры, а тем более, как практики СМД-методологии, поэтому ОДИ в Калининграде без ГП не проводились. Всего Георгий Петрович провел в Калининграде 4(четыре) ОДИ, 3 из них по темам развития образования, в связи  с чем в городе появился слой «образованцев», прошедших ОДИ  и потому не удалось избежать массового появления «игро-образных форм», особенно в учебных заведениях, с использованием их организаторами простейших игровых техник (или приемчиков) в период социального перелома 90-х годов. Массовое  «игродельчество» дало свои плюсы и минусы в социальной среде и  сошло на нет к концу 90-х, к началу 2000 г.г.. Это интересный момент в маленькой истории СМД-сообщества и калининградских участников оргдеятельностных игр, проведенных Г.П.Щедровицким требует своего отдельного анализа и осмысления.

Период с 1994 по 2004 год можно назвать 10-летием пост-игровой инерции, зоной личного поиска, например, наш коллега К. Гимбицкий постоянно участвовал в семейках Петра Георгиевича,  Ирина Левицкая и некоторые члены команды ежегодно участвовали (но без докладов) в Чтениях памяти Г.П. Щедровицкого. Возврат к некоторой активности начался с 2005 г., - благодаря инициативе и активным действиям Виктора Федосова в Светлогорск переехала Летняя школа по методологии П.Г. Щедровицкого, которая  стала проводиться Петром в этом небольшом курортном городке до 2010 г. включительно. В 2008 г. по итогам Летней школы образовался калининградский семинар, на той же известой идеологеме: - «Методология может все», т.к. развертывающийся кризис 2008 г. вернул калининградских участников к осмыслению себя и своего участия в работах  СМД-сообщества, как части большой программы, запущенной Георгием Петровичем и продолжаемой Петром Георгиевичем в им же заданных организационных формах: Чтения памяти ГП, семейки, летние школы,   лекции по синтаксису и семантике СМД-подхода  и др., то, что лично я назвал для себя «вступлением в наследство» Петром Щедровицким, как человека взявшего на себя ответственность за  воспроизводство СМД-методологии, как школы и «эксклюзивного» направления развития российской  мысли, мысли, соразмерной (а в чем-то и превосходящей) по своей мощности иные мировые школы. 

Калининградский семинар, благодаря А.П. Шинкаренко обрел свое местов бизнес-клледже и  сосредоточился сначала на освоении лекций П.Г.Щедровицкого «Синтаксис и семантика графического языка СМД-подхода», а в конце 2012 начале 2013 г., благодаря участию К. Гимбицкого в семейках Петра Георгиевича в цикле «Онтология» и Е. Ерыванову, поставившему вопрос - «Средства, как базовая категория СМД-подхода», мы «вышли» на тему «онтология и онтологическая работа» с целевой установкой на освоение онтологии мыследеятельности и самоопределения в (к) СМД-методологии.

В этой тематике семинар работал 2013 -2014 год и добился некоторых, на наш взгляд, существенных результатов. К. Гимбицкий  отстраивает собственную практику в рамке «управление региональным развитием».

Я пробегаюсь весьма поверхностно по этой предистории, т.к. считаю важным наметить некоторые основания своего дальнейшего сообщения.

 В результате работ с ГП, опыту, приобретенному в собственной практике создания и  управления фирмой и движению в  калининградском семинаре мне более-менее стали понятны масштабы начатой Г.П.Щедровицким работы по строительству СМД-методологии, как современной формы Мышления и Деятельности. Размышление над простым вопросом, почему столь мощная  и дееспособная методология остается пока еще «вещью в себе» и существует только «на кончиках пальцев» близких учеников ГП и его сына, наша семинарская работа и освоение текстов ГП подвели меня к пониманию, (я уверенно стою на этой точке зрения), что необходима совместная работа по воспроизводству СМД-методологии как ключевой организованности МД, обеспечивающей процессы развития,   например, через «строительство» СМД-предметов, как узлов методологической работы, связывающей СМД-методологию с другими историческими организованностями Мышления и Деятельности.

(В своем  «большом шаге» воспроизводства и развития СМД-методологии двигается П.Г.Щедровицкий, ТАУ (Зинченко А.П., Андрейченко Н.Ф. и др), судя по выпускникам, отформатированых методологическими средствами (что хорошо видно тем, кто знаком с основным «средством» Александра Прокопьевича – «верстаком»), но не понимающими ГП и фанатеющих от Зиновьева, очевидно, ТАУ не взяла на себя функции воспроизводства СМД-методологии).

Для осуществления такого проекта, как воспроизводство СМД-методологии («большой шаг»), предварительно необходимо выполнить минимум несколько «маленьких» шагов: пред-проектные исследования, проектирование, (конструирование),  и только затем - реализация самого проекта.

И первым шагом должны стать исторические исследования мд-предпосылок возникновения самой СМД-методологии, тех исторически сложившихся «организованностей деятельности, которые морфологичны и развиваются» (из текста Г.П.Щедровицкого «Онтология и онтологическая работа»), и тогда, в этом контексте, «краткой истории ММК» излагаемой ГП и ПГ в разных текстах и ситуациях, наверное, недостаточно, необходимо прояснить некоторые связи, на которые указывает сам ГП, размышляя о работах ММК, об истоках и основаниях становления СМД-методологии.

Остановлюсь на одной из ниточек, связывающих ГП с историей русской философской мысли, хотя сам он явно удивился бы такой «наглой» постановке вопроса, ибо он четко называет себя «марксистом», тем самым фиксируя свою принадлежность к определенной философской и методологической школе. При всей очевидности и фундаментальной определенности личных высказываний ГП в этом смысле – принадлежность к «марксистской линии» - у нас есть и другой нюанс, им же отмеченный: это его замечание об учителях и наставниках.

В этом своем сообщении я выделяю именно эту линию:

 Первая линия, как бы «ретроспективная», направленная  от Георгия Петровича к его наставникам (учителям), и учителям его учителей, на воспроизведение представлений Георгия Петровича о своей, личной, истории его становления как философа и методолога, восстановления представлений о его учителях (наставниках).

Другая — линия, это  приглашение к разговору об истоках русской философии. «От истоков русской философии к системо-мыследеятельностной методологии».  И в этом смысле - о перспективах развития СМД-методологии, как о  продолжении «традиции высших достижений» русской философской мысли.

В контексте восстановления программы развития СМД-методологии выбором такой темы послужило знакомство (достаточно поверхностное) с «философской серией» - проектом, начатого в 2006 г. Фондом Институтом развития им. Г.П. Щедровицкого совместно с Институтом философии РАН и издательством «Российская политическая энциклопедия». Это   совместный исследовательский и издательский проект, посвященный философии России,  который начинается с философов 1-й половины ХХ века, что крайне важно и необходимо, но акцент на ХХ век обеспечивал необходимую глубину анализа на  момент начала проекта.

Вместе с тем, ситуация России в 2014 г., с моей точки зрения, показала что пройти нужно глубже, чем к сформировавшимся и признанным в мире линиям  русской философии, идти надо от ее истоков, которые, по замечанию Н.Бердяева, лежат несколько глубже – в 20-40-х годах XIX века, через век ХХ к сегодняшнему дню, оформляя историю философии России в мыследеятельностном ключе, с фиксацией соответствующих мд-организованностей, обеспечивших (или вызвавших) ключевые «развороты» (зигзаги) нашей российской и мировой истории Мышления и Деятельности. Выход на эту вторую линию – есть результат удивления, возникшего при знакомстве с работами Н.Я.Грота, Н.С. Трубецкого, Вл. Соловьева и др. и понимания – какой колоссальный объем живой философской мысли был вычеркнут «кем-то» из российской части истории философии (или истории российской философии), целая историческая эпоха российской Мысли (с 1825 по 1925 г.г.) была «старательно заштрихована» в каких-то «странных целях и интересах», эпоха, без знания которой невозможно понять что и почему происходило в истории России и Мира, эпоха, которую необходимо знать, хотя бы для того, что бы быть гражданином России, страны, сделавшей свой, неоспоримый вклад в мировую историю Мышления и Деятельности.

Данный текст – есть лишь «первый подход к снаряду», хотя этот «подход» занял около года совместной работы с Ю.Зубаревой и участниками калининградского семинара. Обязан отметить, что только благодаря настойчивости моей жены мы смогли начать (но пока еще не завершили) работу, промежуточные результаты которой я представляю ниже.

1. Итак, линия первая. «от Георгия Петровича к его учителям, и учителям его учителей»

Мы идем по линии - от учеников к учителям, т.е.: 

от Г.П.Щедровицкого - к Шевареву П.А.,

от Шеварева -  к Челпанову Г.И.,

от Челпанова Г.И. - к Гроту Н.Я

1.Щедровицкий

Георгий Петрович

2. Шеварев

Петр Алексеевич

3. Челпанов

Георгий Иванович

4. Грот

Николай Яковлевич

23.02 1929 г-

03.02. 1994 г.

1892—1972

1862-1936

1852-1899

Философ, методолог

доктор психологических наук

русский философ, логик и психолог.

русский философ-идеалист, психолог

2.Эксперес - схема №1

(Г.П. Щедровицкий и основные направления работ его наставника Шеварева А.П. и учителей Шеварева А.П.)
Зубарев А.К. "Школа  Г.П.Щедровицкого"

Экспресс-схема № 2

(связи «учитель-ученик» и линии исследования возможного взаимодействия и «влияния»)

Зубарев А.К. "Школа  Г.П.Щедровицкого"

2. Шеварёв, Пётр Алексе́евич (29 июня (11 июля1892 г.  - 06 сентября 1972 г.) 

1.Если мы обратим внимание на автобиографические высказывания, то в тексте  Щедровицкого Георгия Петровича (ГП) "Я всегда был идеалистом" (Беседы с Колей Щукиным)» мы найдем упоминание о Швареве П.А.

ГП: «К числу таких людей я отношу Петра Алексеевича Шеварева: он безусловно оказал на меня очень большое влияние в чисто личностном, человеческом плане»

… Я познакомился с Петром Алексеевичем Шеваревым летом 1957 года. Это был год создания нового журнала Академии педагогических наук РСФСР - "Доклады Академии". В 1957 году, а может быть, это было уже в 1956-м, толком не помню, он начал выходить под общей редакцией Александра Романовича Лурии. Надо отдать должное А.Р.Лурии: он очень много сделал по организации собственно научных изданий, и я думаю, что журнал "Доклады АПН РСФСР", который во многом определил рост и развитие советской психологической науки в 1950-1960 годы, один из многих памятников ему.

Журнал начал выходить как ежеквартальник, т.е. четыре раза в год, затем стал двухмесячным - выходил шесть раз в год, и издавался до 1962 или даже 1963 года.

Хотя журнал помещал только маленькие сжатые сообщения, тем не менее, это дало возможность

подняться огромному пласту молодых психологов и педагогов. Вообще в это время начинается

подлинное развитие самой психологии. До сих пор она была даже не профессией, а родом занятий для очень небольшой, локальной группы людей, занимавшихся чисто научно-исследовательской работой. Мест для работы было мало, и все они были заполнены. Очень часто студентами психологического отделения овладевало неверие в свое будущее, они депрофессионализировались, поскольку считали, что возможностей для дальнейшегороста нет. Но как раз в конце 50-х годов уже складывалась какая-то новая ситуация, которая должна была закончиться расширением возможностей и появлением рабочих, производственных мест для психологов, связанным с расширением сферы приложения психологии. Так оно и произошло, и мы тогда хорошо понимали и знали, что необходим ряд условий и механизмов, оформляющих этот процесс, и, в частности, появление "Докладов АПН РСФСР" стало одним из таких важных механизмов.

Как раз в январе 1957 года вышла первая моя работа в журнале "Вопросы языкознания" под названием "Языковое мышление и его анализ". И вот Василий Давыдов, - а он стал фактически издательским редактором "Докладов АПН РСФСР" - предложил мне написать туда статью, и когда встал вопрос, а кто же, собственно говоря, может ее представить, то Володя Зинченко сказал, что единственный человек, который способен отнестись не предвзято и вообще рассматривать по содержанию - это Петр Алексеевич Шеварев.

Надо сказать, что в "Доклады" статьи сдавались по представлению академика или члена-корреспондента Академии педагогических наук. Он должен был прочесть статью, определить ее научное достоинство, или качество, и поэтому на изданиях всегда стояло наверху: представлено академиком таким-то, представлено членом-корреспондентом таким-то, т.е. всегда кто-то должен был взять на себя функцию представления и гарантировать качество публикуемой работы.

И вот летом или, может быть, весною 1957 года Володя Зинченко познакомил меня с Петром Алексеевичем Шеваревым.

Я принес ему статью -- это была программная работа "О возможных путях исследования мышления как деятельности", написанная вместе с Никитой Глебовичем Алексеевым, - и оттиск из журнала "Вопросы языкознания". Он взялся их прочитать.

Я уже сказал, что Петр Алексеевич Шеварев был одним из тех немногих повстречавшихся мне в жизни людей, кто был действительно искренне и до конца предан науке и жил наукой. Впоследствии, если я правильно понимаю, он очень симпатизировал мне, я часто бывал у него дома. Каждую сданную ему статью он прочитывал детальнейшим образом и ставил невероятное количество вопросов. В печать ни одна моя работа не проходила через него сразу: мне приходилось делать четыре-пять вариантов, прежде чем он ее подписывал. При этом он заставлял меня все время развертывать содержание.

Дело в том, что серии моих публикаций, такие, например, как "О строении атрибутивного знания" или "Принципы параллелизма...", первоначально представляли собой одно единственное сообщение, каждое из которых расслаивалось и расширялось в процессе ответов на вопросы Петра Алексеевича. Я тогда питал обычную для молодежи иллюзию, что надо сразу по возможности больше сказать в одной статье, и поэтому так уплотнял каждый текст, что понять его в принципе было невозможно. Так вот, Шеварев заставлял меня развертывать содержание моих текстов, пользуясь для этого каждым возможным случаем.

Я приходил к нему домой, а он жил на Чистых прудах, почти напротив нынешнего здания театра "Современник", тогда там помещался кинотеатр. Мы с ним долго сидели, обсуждая разные вопросы истории психологии, логики. Он рассказывал о психологах, жизни в психологии, о Георгии Ивановиче Челпанове и о челпановцах. Все, что я знаю об этом, я знаю от него. Он передавал мне свое отношение к миру психологии.

Петр Алексеевич Шеварев принадлежал к первому поколению учеников Георгия Ивановича Челпанова. После окончания провинциальной гимназии, очень известной качеством своего обучения, он поступил на историко-филологический факультет Московского университета, на классическое отделение, и где-то курсе на третьем пришел к Челпанову и попросил разрешения войти в его семинар.

- Когда я обратился с этой просьбой к профессору, - рассказывал Шеварев, - он секундочку подумал, потом сказал: "Ну что же", - и тотчас спросил меня, какой язык я изучал в гимназии. Я ему ответил, что французский и немецкий. Он сказал: "Прекрасно", - и дальше завел разговор о том, что меня интересует, чем я хочу заниматься, как я себе мыслю профессию, специальность, или призвание (как, наверное, тогда говорили), психолога. И, когда беседа закончилась, предупредил, что условием вступления в семинар является реферативный или какой-то другой доклад, и добавил, что лучше всего сделать доклад по Титченеру. Затем подошел к своему книжному шкафу, вынул оттуда какую-то книжку, вручил ее мне - а дело было в апреле - и сказал: "В сентябре Вы будете делать доклад. Милости просим". Попрощался со мной, и я вышел. Вышел, там же на лестничной клетке развернул книгу и увидел, что книга на английском языке. "Тьфу, - подумал я, - вот тебе на, до чего дырявая память у профессора!", - и уже было повернулся назад к двери, но тут задумался. Мне показалось удивительно стыдным прийти и сказать, что я не знаю английского языка и что он ошибся. Я постоял несколько минут, потом повернулся и пошел домой. И пока я шел, я уже начал понимать, что у меня только два выхода: либо забыть про свои мечты заниматься психологией, либо выучить английский язык, читая и переводя Титченера.

Петр Алексеевич выучил английский и с успехом сделал свой доклад в сентябре. Потом, как он рассказывал, когда они стали большими приятелями с Георгием Ивановичем, уже через много лет, он его спросил: - «Георгий Иванович, а когда Вы мне Титченера дали, Вы что запамятовали, что я английского не знал, или специально?»

- Конечно, специально, - ответил Челпанов. - Я, во-первых, хотел Вас проверить, а, во-вторых, хотел, чтобы Вы выучили английский язык.

Петр Алексеевич Шеварев очень любил и уважал Челпанова. Он считал, что Челпанов обладал удивительным даром говорить просто на самые сложные темы».

Историческая справка:

Шеварёв, Пётр Алексе́евич  (1892—1972) — доктор психологических наукпрофессор, член-корреспондент Академии педагогических наук СССР, заместитель директора Института психологии АПН СССР. Один из руководителей Общества психологов СССР.

Основные публикации:

Шеварёв П.А. К вопросу о природе алгебраических навыков // Ученые записки Государственного института психологии. Т. 2. М., 1941.

Шеварёв П.А. Опыт психологического анализа алгебраических ошибок // Известия АПН РСФСР. Вып. 3. М.-Л., 1946.

Шеварёв П.А. Обобщенные ассоциации в учебной работе школьника. М.: Изд-во АПН РСФСР, 1959.

Шеварёв П.А. К вопросу о структуре восприятия // Восприятие и понимание. Известия АПН РСФСР. Вып. 120. М., 1962.

Шеварёв П.А. Обобщенные ассоциации в процессах мышления // Исследования мышления в советской психологии. М.: Наука,1966.

Шеварёв П.А. О роли ассоциаций в процессе мышления. // Исследования мышления в сов. психологии, М., 1966[1].

 3. Челпанов Георгий Иванович. 1862-1936. Русский философ, логик и психолог.

Зубарев А.К. "Школа  Г.П.Щедровицкого"

Что помнил и передавал в текстах ГП Щедровицкий из рассказов Шеварева «о своем учителе Челпанове»:

«Дело в том, что наряду с Челпановым работал Лопатин[i] и существовала метафизическая психология в школе Лопатина, и эту линию - я о ней практически ничего не знаю - надо восстанавливать особо, устанавливать, кто и как там работал. Но такие люди, как, скажем, Анатолий Александрович Смирнов, Николай Федорович Добрынин, Петр Алексеевич Шеварев, Михаил Васильевич Соколов[ii] и многие, многие другие - это студенты историко-филологического или медицинского факультетов, которые были собраны Челпановым и составили костяк русских экспериментальных психологов. Сам Челпанов, как Вы знаете, учился у Вундта, и Институт психологии есть копия вундтовского лейпцигского института: когда благодаря купцу Щукину и другим жертвователям были собраны деньги для открытия института, он попросил скопировать лейпцигский институт и сделать там все - вплоть до дверных ручек и замков - так, как было у Вундта. Так оно и есть по сию пору. Челпанов был человеком науки и не очень здорово разбирался в политике и в том, что произошло в России в 1917 году. Поэтому, когда Константин Николаевич Корнилов [iii]- человек, которого он внутренне достаточно уважал, - начал борьбу за материализм и марксизм в психологии и обвинил Челпанова в том, что он идеалист, то Челпанов, как маленький ребенок, сказал: "Ой, как здорово! Теперь у нас, в нашей русской, советской психологии будет два больших направления: материалистическое, которое будете возглавлять Вы, и идеалистическое, в котором буду работать я, и мы будем, обогащая друг друга, двигаться вперед. Это же новый, очень важный шаг в развитии нашей российской психологии". Челпанов совершенно не понимал, какого рода организационные выводы за этим последуют, и когда ему объяснили, он очень был растерян, и его, насколько я понимаю, попросили или вынудили его ученики выступить со статьей, что он совсем не идеалист. Это было в 1923 году. Борьба за материализм в психологии шла с большим успехом, и хотя Корнилов оставил Челпанова в Институте, его лишили права преподавать в университете и отстранили от руководства Институтом (он тогда назывался "Психологический институт[iv]" или как-то вроде этого). И тогда в знак протеста целый ряд его учеников, и в частности Николай Федорович Добрынин, Анатолий Александрович Смирнов, Петр Алексеевич Шеварев, подали в отставку из университета и из Института.

Петр Алексеевич рассказывал мне такую историю: когда все это обсуждалось в узком кругу учеников и сотрудников Г.И.Челпанова, прибежал весьма возбужденный студент *.* и сказал: "Георгий Иванович, я тоже подаю из университета". На это ему Челпанов ответил: "Дорогой мой, из университета люди подают по убеждениям, а у Вас их нет и, по-видимому, никогда не будет". И так как это было сказано в довольно широком кругу и получило огласку, то с этого момента, насколько я понимаю, тогдашний студент *.* смертельно ненавидел Челпанова. Эта ненависть стала основной чертой его жизненной позиции. Я спросил у Петра Алексеевича, почему, собственно, Георгий Иванович был таким жестким. Он мне ответил, что Челпанов никогда не был добреньким, он был человеком очень прямым, всегда предельно определенным и никогда не пытался создавать у людей ложных впечатлений. Он сказал, что Челпанов учил его, что всякий научный тезис и всякое положение всегда направлены против чего-то. Поэтому первое, что он привык спрашивать у начинающего ученого: против чего вы? что вы хотите разрушить? что вы хотите преодолеть? "И я, - сказал Петр Алексеевич Шеварев, - постоянно это спрашиваю у своих аспирантов. И когда мне отвечают в манере, которая принята в наши дни, что он-де не против чего-то, что он всегда только за, я перестаю контактировать и общаться с таким человеком, потому что я уже знаю, что в науке ему нет места. Поэтому, - продолжал он, - то, что Георгий Иванович так ответил студенту **, было выражением его очень четкой, продуманной и определенной нравственной, человеческой позиции". Вот так Петр Алексеевич Шеварев [v]это оценивал. Он мне рассказал также, что Челпанов до самой своей смерти сохранял дружеские отношения с Корниловым, фактически изгнавшим его из Института и лишившим его дела всей жизни. И больше того, они встречались практически каждую неделю и обсуждали состояние и перспективы развития психологии. И когда Шеварев спрашивал у Челпанова, почему же он так себя странно ведет, то Челпанов отвечал: "Ведь Корнилов борется со мной из идейных побуждений, и он борется со мной искренне. Поэтому то, что он победил в общественном мнении, изгнал меня из Института, не имеет никакого отношения к его личности, его личным качествам и нашим взаимоотношениям". Надо сказать, что Корнилов платил ему той же монетой, и когда Челпанова стали выгонять на пенсию, то он, по словам Петра Алексеевича, приложил очень много сил для того, чтобы выхлопотать ему персональную пенсию. Вот такими были отношения между этими людьми, и такими были их позиции. <...> Я должен к этому добавить, что в самом Институте психологии Петра Алексеевича Шеварева всегда считали добрым, честным и принципиальным человеком; его иногда даже называли за глаза "воробышком", подчеркивая тем самым, что он вообще никого никогда не обидит. Я хочу, чтобы Вы понимали, как звучало и что означало в устах такого человека то, что он мне рассказывал о жесткости собственной позиции, о позиции его учителя Челпанова, о судьбах этих ушедших людей.»

Краткая справка о Челпанове:

Зубарев А.К. "Школа  Г.П.Щедровицкого"

 

Практикум Института психологии Московского университета. Челпанов третий справа. 1917 г.


«Психологический институт, созданный в 1912  и открытый в 1914 году профессором Московского университета Георгием Ивановичем Челпановым, был первым в России (и в то время — третьим в мире) научно-исследовательским и образовательным психологическим институтом. Средства на создание института были пожертвованы известным российским меценатом Сергеем Ивановичем Щукиным. Согласно пожеланию благотворителя Психологическому институту было присвоено имя его покойной супруги — Лидии Григорьевны Щукиной.

Г. И. Челпанов создавал новый институт, тщательно изучив зарубежные прототипы в европейских и американских университетах, образование в которых считал наиболее приближенным к условиям российского образования. Одним из образцов послужила первая психологическая лаборатория под руководством Вильгельма Вундта в Лейпцигском университете[3].

Первоначальная цель создания института, актуальная и по сей день, заключалась в объединении общей и прикладной психологии, развитии психологии как единой научной дисциплины:

 

…психология начинает утрачивать свое единство. Ей грозит распад. […] Нужно принять меры к сохранению единства психологии. Такому объединению может способствовать институт, если в нем первенствующее место будет отводиться общей психологии.

Г. И. Челпанов[4]

За все время своей деятельности институт сменил несколько названий:

  • 19121924: Психологический институт им. Л. Г. Щукиной
  • 19241930: Московский Государственный институт экспериментальной психологии Российской Ассоциации научно-исследовательских институтов общественных наук (РАНИОН)
  • 19301934: Государственный институт психологии, педологии и психотехники (ГИППиП) Российской Ассоциации научных институтов марксистской педагогики
  • 19341937: Государственный институт психологии
  • 19381944: Центральный научно-исследовательский институт психологии
  • 19441969: Научно-исследовательский институт психологии Академии педагогических наук РСФСР
  • 19701992: Научно-исследовательский институт общей и педагогической психологии Академии педагогических наук СССР
  • 19922002: Психологический институт Российской академии образования
  • 20022008: Государственное научное учреждение «Психологический институт Российской академии образования»
  • 20082011: Учреждение Российской академии образования «Психологический институт»
  • с декабря 2011 года по настоящее время: Федеральное государственное научное учреждение «Психологический институт» Российской академии образования

Зубарев А.К. "Школа  Г.П.Щедровицкого"

Психометрическая лаборатория Института психологии.

Экпериментаторы С.В. Кравков (слева), П.А. Шеварев (стоит), испытуемый Шульгин. 1917 г. 

Зубарев А.К. "Школа  Г.П.Щедровицкого"

 

Преподаватели и студенты историко-психологического факультета Московского университета.

1914 г. Г.И. Челпанов в первом ряду 4-й справа налево.

Г. И. Челпанов создавал новый институт, тщательно изучив зарубежные прототипы в европейских и американских университетах, образование в которых считал наиболее приближенным к условиям российского образования. Одним из образцов послужила первая психологическая лаборатория под руководством Вильгельма Вундта

В 1893–1894 и 1897–1898 в Германии Челпанов слушал лекции по физиологии у Э.Дюбуа-Реймона, Э.Геринга и Э.Кёнига, психологии – у К.Штумпфа и В.Вундта, занимался экспериментальной психологией в Психологическом институте Вундта в Лейпциге и в Институте физиологической оптики в Берлине.

Основные публикации  (Челпанов Георгий Иванович. 1862-1936):

«Введение в философию» (Киев, 1905; 7-е изд. — 1918). — PDF. Архивировано из первоисточника 19 февраля 2012.

«Проблема восприятия пространства в связи с учением об априорности и врожденности» (1-я ч., Киев, 1896, магистерская диссертация);

«Мозг и душа. Критика материализма и очерк современных учений о душе.» (СПб., 1900; 6-е изд. — 1918

 «О памяти и мнемонике» (СПб., 1900).

«Проблема восприятия пространства в связи с учением об априорности и врожденности» (2-я ч., Киев, 1904, докторская диссертация).

«Психология. Основной курс, читанный в Московском университете в 1908-1909 акад. гг.» (1909).

«Сборник статей (Психология и Школа)» (1912

Статьи в журнале «Вопросы философии и психологии».

«Учебник психологии (для гимназий и самообразования) / Элементарный курс философии. Ч. 1-я. Психология.» (1905; 15-е изд. — 1919

 «Учебник логики (для гимназий и самообразования) / Элементарный курс философии. Ч. 2-я. Логика» (1897; 6-е изд. — 1911

 «Дополнительный курс логики, читанный в Московском университете в 1908-1909 акад. гг. (1909

Челпанов, Георгий Иванович Учебник логики

Научным руководителем Г. И. Челпанова был Н. Я. Грот.

Челпанов в своих воспоминаниях о Гроте пишет:

 Зубарев А.К. "Школа  Г.П.Щедровицкого"

Зубарев А.К. "Школа  Г.П.Щедровицкого"

Зубарев А.К. "Школа  Г.П.Щедровицкого"

Зубарев А.К. "Школа  Г.П.Щедровицкого"

Зубарев А.К. "Школа  Г.П.Щедровицкого"

Зубарев А.К. "Школа  Г.П.Щедровицкого"

Зубарев А.К. "Школа  Г.П.Щедровицкого"

Зубарев А.К. "Школа  Г.П.Щедровицкого"

Зубарев А.К. "Школа  Г.П.Щедровицкого"

Зубарев А.К. "Школа  Г.П.Щедровицкого"

Зубарев А.К. "Школа  Г.П.Щедровицкого"

Зубарев А.К. "Школа  Г.П.Щедровицкого"

Статьи по психологии и философии Челпанов помещал в журналах «Русская Мысль» и «Вопросы философии и психологии»

Историческая Справка:

1. Журнал «Русская мысль» придерживалась умеренного конституционализма, что подготовило идейно и организационно создание партии кадетов (конституционных демократов).  Октябрьскую революцию журнал воспринял как катастрофу для страны и был настроен к узурпаторам-большевикам враждебно, в связи с чем правительство большевиков закрыло его.

2. Журнал «Вопросы философии и психологии» - журнал, издававшийся в Москве с ноября 1889 до 1918 года при Московском психологическом обществе. Вдохновителем создания и первым главным редактором журнала был Н. Я. Грот.

4. Никола́й Я́ковлевич Грот (18 [30] апреля 1852, Гельсингфорс — 23 мая [4 июня] 1899, с. Кочеток, Харьковская губерния) — русский философ-идеалист, психолог

 Зубарев А.К. "Школа  Г.П.Щедровицкого"

Зубарев А.К. "Школа  Г.П.Щедровицкого"

Соловьев Вл. С., Трубецкой С. Н., Грот Н. Я., Лопатин Л. М.

Отец Н.Я. Грота – Яков Карлович Грот, выпускник Царскосельского лицея, в который был определен по личному распоряжению Николая I.  С 1841 г. - профессор Гельсингфорсского университета, с 1889 г. - вице-президент Роосийской Императорской академии наук)

Мать – Наталья Петровна Семенова (сестра Петра Перовича Семенова-Тян-Шаньского)

Заключение по первой линии:

1. Можно предположить, что в некотором смысле, ГП в процессе работы с текстами для размещения в вестнике АПН усвоил (впитал) некоторое элементы научного стиля своего наставника;

2. вероятно, и направления исследований Петра Яковлевича оказали влияние на первые научные исследования и публикации ГП, но, если об «усвоении» стиля ГП можно говорить, опираясь на текст его воспоминаний, то вторая гипотеза,  о «влиянии идей», требует большей осторожности и дополнительных исследований, например, сравнительного анализа первых работ ГП и работ П.А. в этот же период, что, в принципе, возможно (см. историческую справку о Шевареве П.А.). 

2. Линия вторая «Истоки русской философии. От основ русской философии до системо-мыследеятельностной методологии»:

Тезис первый: Г.П. Щедровицкий - русский философ и методолог, работавший в «верхних этажах» интеллектуального пространства «мировой мысли», сделавший, совместно с участниками ММК, вклад мирового уровня в возрождение и развитие  теории и практики мышления в советский период истории России. Своими работами он продолжает линию со-участия (со-причастности) русских философов в развитии философской мысли мирового масштаба (уровня), начатой русскими философами в середине ХIХ века, прерванной в начале ХХ и возрожденной основоположниками ММК в новой, авторской - системо-мыследеятельностной форме. 

А что есть русская философия, как она возникла и есть ли вообще? Это те вопросы, с которыми мы постоянно сталкиваемся в современной ситуации.

Отвечая на них, хотелось бы привести текст Александра Пятигорского из  цикла лекций «Философия в России - идеи и проблемы».

Он говорит: - «Если история философии в России начинается с Соловьева, то её предыстория с  Чаадаева и классического Славянофильства. И с центральной Славянофильской фигуры Хомякова.

Но почему же, Славянофилы? Ответ на этот вопрос дает Николай Александрович Бердяев в своей книге о Хомякове вышедшей 1912 году в Москве.

«….Дело в том, что Философии как теоретическому мышлению о сознании, должно предшествовать самосознание. Так же, как самосознанию должно предшествовать самобытие».   По схеме Бердяева, Пушкин был великим явлением. Событием национального бытия России. И только после него могло начаться самосознание. И лишь затем после самосознания, философствования в реальном смысле этого слова.  Самосознание обращено всегда более к культуре и истории. И эта культурно историческая роль Славянофилов, была огромной. Но в отношение Хомякова нам важно восстановить те моменты философствования, которые были восприняты и отвергнуты Соловьевым , и к которым позднее обратился Бердяев  в своем ретроспективном взгляде на пути становления русского самосознания.

Иван Кириевский : «нам необходима философия в России, все развитие нашего ума требует её»

Я думаю что рассказ Бердяева о Хомякове, так же как и приведенное высказывание Киреевского, актуальны для современной России не меньше, чем для России начала 20 века.

 Дело в том что русское самосознание было не только в осознании им русской культуры, а так же впрочем как и западной в которой он был образованешей из Западников.  Самосознание Хомякова явилось объективным результатом развития самой русской культуры. То есть по своему содержанию идеи Хомякова не только не были архаичными но напротив в них содержалось предвосхищением многого из того что десятилетие спустя оказалось новым как для России ( Соловьев), так и для Западной Европы ( так называемый католический модернизм». Вмести с тем самосознание Хомякова сообщила сильнейший импульс к тому, что до середины 19 века в России превратилось в Свободное богословие, совершенно неведанный ( даже на Западе) тип религиозного философствования.»

Далее надо бы кратко переописать славянофильство и западничество, их спор и результаты этого спора для России в социальном, идеологическом, экономическом и политическом планах и сказать про философов России до Соловьева (таблица у нас есть, где разделены Славянофилы и Западники).

В заключении надо сказать, что ГП начинал с Маркса и Гегеля (линия, продолженная от западников, победивших в 1917г), но не менее важно посмотреть какое опосредованное и прямое влияние на него оказали «подлинные люди науки» (несущие на себе те или иные идеи), врастающие своими корнями в «идеалистический блок» философской России.  

Кстати, возможно еще надо внимательно «посмотреть», на целый пласт работ, продолживших в СССР традиции «западников» и опирающихся на наследие Маркса, т.к. многие философы, которые занимались этим наследием, признаны на Западе философами, например, Зиновьев. (у нас есть таблица, показывающая, кого в английской Википедии отнесли к марксистам).

Ситуация с Украиной и воссоединение Крыма с Россией, реакция россиян, снятая в первом, феноменологическом плане, позволяет сказать, что именно эта, казалось бы современная ситуация, обнажила «тот» старый спор между западниками и словянофилами, спор породивший великую русскую литературу, спор, давший начало русской философии, спор обнажающий корни российского самосознания, спор, породивший «русский марксизм» и укоренивший его в русской почве в самой, что ни на есть, самодостоверной и деятельностной форме, форме, реализовавшейся практически в Советской России в полном соответствии с  теоретическими работами социал-демократов конца ХIХ – начала ХХ века.

Если высказанная гипотеза верна, то мы можем сказать, что Россия, в постсоветском этапе, вновь вернулись к вопросу о национальном самосознании и самоопределении, но уже на ином, чем в начале ХХ в., уровне, в иной фазе своего исторического развития, в иной фазе развития мышления и деятельности. 


[i] Лев Миха́йлович Лопа́тин (1 (13) июня 1855МоскваРоссийская империя — 21 марта1920МоскваСоветская Россия) — русский философ-идеалист и психолог, профессорМосковского университета, многолетний председатель Московского психологического общества и редактор журнала «Вопросы философии и психологии». Ближайший (с раннего детства) друг и оппонент Вл. С. Соловьёва  (Влади́мир Серге́евич Соловьёв (16 [28] января 1853Москва — 31 июля[13 августа1900, имение УзкоеМосковская губерния) — русский религиозный мыслитель,мистик[1]поэтпублицистлитературный критик; почётный академик Императорской Академии наук по разряду изящной словесности (1900). Стоял у истоков русского «духовного возрождения» начала XX века. Оказал влияние на религиозную философию Н. А. Бердяева,С. Н. БулгаковаС. Н. и Е. Н. Трубецких, П. А. ФлоренскогоС. Л. Франка, а также на творчество поэтов-символистов — А. БелогоА. Блока и др.)
Лопатин был создателем первой в России системы теоретической философии[1]; своё учение, изложенное в труде «Положительные задачи философии» и множестве статей, называл «конкретным спиритуализмом»[2].


Ключевые слова: доклад, Исследования
Опубликовала Юлия Зубарева, 10.02.2015 в 20:39

Комментарии

Показать предыдущие комментарии (показано %s из %s)
Петр Королев
Петр Королев В черновиках Флоренского есть следующая записка:
«Шеллингианцы в России
1. Д.М.Велланский (1774 — 1847)
2. М.Г.Павлов († 1840)
3. М.А.Максимович (1804 — 1873)
4. А.Д.Галахов (1807 — …;)
5. Н.Д.Курляндцев (1802 — 1835)
6. В.А.Андросов (1803 — 1841)
7. А.И.Галич (1783 — 1848)
8. И.И.Давыдов (1794 — 1866) (Вероятно, описка. Надо 1863.)
9. Н.И.Надеждин (1804 — 1856)
10. В.Ф.Одоевский (1803 — 1869)
11. Д.В.Веневитинов (1805 — 1827)
12. И.В.Киреевский (1806 — 1856)
13. А.А.Елагин (1790 — 1846);
14. М.П.Погодин (1800 — 1875)
15. С.П.Шевырев (1806 — 1864)
16. Н.А.Полевой (1796 — 1846)
17. К.А.Полевой (1801 — 1867)
18. А.А.Григорьев (1822 — 1864)
19. М.Н.Кареев (1818 — 1887)
20. П.Я.Чаадаев (1793 — 1836) (Вероятно, описка. Надо 1794 — 1856.)
21. Ф.И.Тютчев (1803 — 1873)
22. В.Г.Белинский (1801 — 1848)
23. А.С.Хомяков (1804 — 1360)
24. И.Г.Михневич (1809 — 1885)
25. прот. И.М.Скворцов (1795 — 1863)
Текст скрыт развернуть
1
10 февраля 15, в 22:39
Петр Королев
Петр Королев 26. прот. Ф.Ф.Сидонский († 1873)
27. прот. Ф.А.Голубинский (1797 — 1854)
28. В.Д.Кудрявцев (1828 — 1891) (Вероятно, описка. Надо 1892.)
29. Вл.С.Соловьев (1853 — 1900)
30. кн. С.Н.Трубецкой (1862 — 1905)
31. С.Н.Булгаков (1871 — 1944)
32. Вяч. Иванов (1866 — 1949)»
О шеллингианской традиции в России см.: Каменский З.А. Русская философия начала XIX в. и Шеллинг. М., 1980; Московский кружок любомудров. М., 1980. Сахаров В.И. О бытовании шеллингианских идей в русской литературе. — Контекст–77. М., 1978. Сокулин П.Н. Из истории русского идеализма. Князь В.Ф.Одоевский. Мыслитель. — Писатель. М., 1913, т. 1, ч. I — II. Литературные вечера и салоны. Первая половина XIX в. М. — Л., Academia, 1930. Колюпанов Н. Биография А. И. Кошелева. СПб., 1889, т. I — II. Ахутин А.В. София и черт (Кант перед лицом русской религиозной метафизики). — («Вопросы философии», № 1, 1990, с. 51 — 69.
Текст скрыт развернуть
1
10 февраля 15, в 22:41
Юлия Зубарева
Юлия ЗубареваПетр Королев " Шеллингианство — Философия Шеллинга, развивавшаяся в русле немецкого идеализма с уклоном в натурфилософию.
Шеллингианство нашло своих последователей и в России. Первыми русскими шеллингианцами были Велланский, Павлов и Галич. В 1823 году в Москве на квартире Одоевского два года (до восстания декабристов) собирался философский кружок "Общество любомудров" (Веневитинов, Киреевский, Погодин, Шевырёв, Кошелёв), где изучалась философия Шеллинга. В 20-е годы выходят три философских шеллингианских журнала: "Атеней", "Мнемозина" и "Московский вестник". Также шеллингианство обсуждалось в кружке Станкевича (в1831-1835 гг.). Бесспорно влияние Шеллинга на Чаадааева. К 1840 году русское шеллингианство как отдельное явление исчезло, повлияв на основные направления русской философии (русское гегельянство, славянофильство). Испытал влияние шеллингианства и М.Ю. Лермонтов"
Текст скрыт развернуть
0
11 февраля 15, в 18:53
Юлия Зубарева
Юлия ЗубареваПетр Королев Спасибо, может это направление задаст не только историческое исследование, но и содержательное. Текст скрыт развернуть
0
11 февраля 15, в 18:55
Сергей Норкин
Сергей Норкин "Рас-пятие истории", так бы хотелось назвать работу. Именно пять основных тезисов, с моей позиции выделяются мной как наиболее ценные в это очень качественном тексте. Благодарю за несомненное удовольствие! Текст скрыт развернуть
1
13 февраля 15, в 00:14
Юлия Зубарева
Юлия Зубарева http://www.runivers.ru/lib/book8188/462613/
Очерки и воспоминания друзей, знакомых, коллег и учеников философа Николая Яковлевича Грота: Викторов Д. В. Памяти Н. Я. Грота, как профессора; Из воспоминаний слушателя. (Из статьи А. Ф.) - ученика Грота по Московскому университету; Кулябка С. Н. Памяти Николая Яковлевича Грота; Оболенский Л. Е. Из моих воспоминаний о Н. Я. Гроте; Толстой Л. Н. [Воспоминания о Н. Я. Гроте]; Челпанов Г. И. Памяти проф. Н. Я. Грота; Шебор О. А. Из юношеских лет Н. Я. Грота. Воспоминания; Шенрок В. И. Воспоминания о Н. Я. Гроте и др.
Текст скрыт развернуть
0
23 марта 16, в 05:26
Юлия Зубарева
Юлия Зубарева http://www.runivers.ru/upload/iblock/9fc/Voprosy%20filosofii... Текст скрыт развернуть
0
23 марта 16, в 05:27
Показать новые комментарии
Показаны все комментарии: 7